Столярное дело Сергея Ходиса

26.10.2018

Еще недавно многодетная молодая семья Ходисов с Диканьского района принадлежала к категории малообеспеченных. Но благодаря государственному проекту «Рука допомоги» получила беспроцентный кредит на развитие мебельного бизнеса и уже прочно встала на ноги

В редкие минуты отдыха супруги любят посидеть на качелях с чашкой чая в руках.

Образцы сочинений краснодеревщика с полтавской глубинки. 

– Бывает, проснусь среди ночи, часа в два, третий – Сергея рядом нет, – рассказывает 26-летняя Надежда Ходис. – Иду в его мастерскую, а у него там кипит работа. И так мне спокойно от этого. Пусть муж не ложился рядом со мной, но он все равно под боком, дома. Мне рожать скоро, и я знаю, где его искать, если вдруг ночью начнутся схватки. Это не то, что два года назад было, когда Денис, третий сын, появился на свет. Я здесь, в деревне, не знаю, что делать и куда бежать, а он в Полтаве на работе, ничем мне помочь не может...

Многодетная семья Ходисов живет в селе Нелюбовка Диканьского района. Еще недавно она принадлежала к категории малообеспеченных, но буквально несколько месяцев назад в жизни Сергея и Надежды все кардинально изменилось. Глава семейства не скрывает, что минимальный месячный доход у него теперь составляет 15-20 тысяч гривен. Сейчас он сам себе хозяин: занимается любимым делом, которое приносит неплохую прибыль, и при этом – ежедневно дома. Видит, как растут дети, чувствует заботу и поддержку жены, имеет возможность ей помочь в семейных хлопотах. Не это счастье?

«Сначала мы боялись брать кредит у государства. Когда это было, чтобы она давала людям, а не отнимала у них?»

– Ну, рассказывайте, как вы разбогатели, – сажусь у Сергея на самодельную деревянную качалку во дворе дома.

– Не то, чтобы разбогател, а просто получил уверенность в завтрашнем дне, – поправляет он меня. – Наверное, так звезды сошлись. Жена как-то пошла в районный отдел социальной защиты оформлять документы на субсидию, а у нее поинтересовались, почему я не работаю. На самом деле, деньги в семью я приносил, вот только официально меня на работу нигде не брали – так работодатели уклоняются от уплаты налогов. В последнее время собирал мягкую мебель в одной из полтавских фирм. И хотя мне платили 200-300 гривен в день, меня это не очень радовало, потому что, чтобы добраться вовремя на работу почти за сотню километров, приходилось выходить из дома в половине шестого утра, а возвращался, разве что, ближе к полуночи. И так полтора года. Хорошо хоть директор платил семьдесят процентов стоимости проезда – ценил меня.

Так вот, социальные работники рассказали тогда Нади о том, что мы, как малообеспеченные, вправе открыть собственное дело, под которое государство дает беспроцентный заем в сумме около 70 000 гривен. Над тем, чтобы заняться собственным делом, мы с женой уже подумывали на тот момент. Правда, связывали его с сельским хозяйством. Но тогда, обсудив предложение, испугались. Боялись, если честно, связываться с государством. Вдруг, думали, это какой-то подвох. Если это было, чтобы государство давало то человеку, а не отбирала? Решили пойти в банк. Но там кредиты выдают под такие проценты, что брать их, – все равно, что петлю на шею накинуть. Так прошло полгода. Жена опять поехала по делам в отдел соцзащиты. А ей снова: «Вы имеете право на государственную поддержку». На этот раз рассказали подробнее о проекте Министерства соцполитики «Рука допомоги». И окончательно решился, когда к нам домой приехала комиссия из района для проверки бытовых условий. В той комиссии была женщина, которая занималась реализацией этого проекта. Увидев мои изделия, посидев на новом кресле-качалке, она была в восторге. С того дня все и закрутилось: подготовка бизнес-плана, сбор необходимых документов ... И уже через два месяца я получил три кубометра дерева для старта собственного бизнеса, а затем три станка, о которых я раньше мог разве что мечтать: фрезерный, торцовочный и фуговально-рейсмусовый.

– А как же вы работали по дереву раньше?

– С помощью простейших инструментов: болгарки, дрели, лобзика, фуганка ... Медленно, короче.

Мастерскую Сергей оборудовал в бывшей летней кухне. Впоследствии планирует построить новое просторное помещение, чтобы было, как говорится, где развернуться.

– Я с удовольствием взял бы себе двух людей в помощники из числа безработных местных жителей, и тогда имел бы право вообще не возвращать кредит, – делится пока несбывшейся мечтой мой собеседник. – Но никто из молодежи не хочет работать на постоянной основе. Вообще в Нелюбовке мало молодежи осталось, да и вообще жителей всего человек триста с лишним. Выехали: кто на учебу, кто за длинным рублем за границу. Поэтому на нас местные, когда мы три года назад решили свить семейное гнездышко на заброшенном дворе, сначала смотрели с недоверием. Все же из деревни в город, где больше возможностей проявить себя, рвутся, а мы – из города в деревню.

«На 8 марта муж сделал мне подарок: привел в дом без окон, дверей и сказал, что будем в ней жить»

Судьба сводила Надю с Сергеем и разводила. Они влюбились друг в друга, будучи школьниками, – вместе учились в Балясненской школе. Это было пятнадцать лет назад! Но первая любовь оказалась недолгой. Надежда рано выскочила замуж за другого, родила друг за другом двух детей (сейчас Кирилл – третьеклассник, а Максим пошел в первый класс), развелась. А Сергей не спешил создавать семью.

– Мы восстановили отношения благодаря социальным сетям, – улыбается мама троих мальчиков. – Сергей нашел меня через Интернет, поинтересовался моими делами. В то время я жила на съемной квартире в Полтаве одна с двумя маленькими детьми, работала, и мне было очень трудно. Я посмотрела на него уже другими глазами и поняла, насколько он надежный, ответственный человек. Но когда любимый привёз меня в Нелюбовку (это было как раз на 8 марта – такой подарок вышел) и сказал, что будем здесь жить, у меня, честно сказать, это не вызвало энтузиазма. Потому что жить в развалюхе, которую его бабушка оставила восемь лет назад, было невозможно. К тому же, прежде чем добраться до нее, нужно было выкорчевать «джунгли», выросшие на заброшенном дворе. Зрелище было страшное: домик стояла без окон, дверей, с продырявленной крышей и облезлыми стенами. Дотронешься до глиняной штукатурки внутри – отвалится кусок ... В таком же состоянии, если не в худшем, находились и хозяйственные постройки во дворе, которые мы вынуждены были свалить. «Что вы с этим будете делать?» – хватались за голову соседи. Я не знала, что им ответить, поэтому сама не верила в восстановление дома. Тем более, нам не приходилось ждать помощи от родственников, которые сами едва сводят концы с концами. А теперь иногда не верю, что у нас есть собственная крыша над головой и она появилась только благодаря нам с Сергеем.

– Реконструкцию старого бабушкиного дома мы начали с того, что отрезали от него газ и отремонтировали печку, – делится опытом выживания Сергей Ходис. – Топим дровами и экономим на обогреве. Поменяли окна – сделать их для меня ничего не стоило. Подлили фундамент, перекрыли крышу, внутри ободрали стены и нанесли новую штукатурку. На это потребовалось три года, но ремонтные работы пока продолжаются. Впоследствии, уверен, мы сделаем из своего дома куколку.

Изменения уже давно очевидны. Обращает на себя внимание мансарда – настоящее произведение искусства. Хозяин специально построил ее из досок ко дню рождения младшего сына – теперь есть где и от солнца спрятаться, и от непогоды, или же друзей собрать за длинным столом. У качели, на которой так приятно ловить лучи теплого осеннего солнца, установлен самодельный столик с замысловатой столешницей, которую подпирает обрубок лакированного ореха, пустого внутри, – и то, и другое выглядит весьма оригинально. Недостроенный забор тоже имеет необычный «рисунок» благодаря разнокалиберной жерди. Даже уличная уборная имеет вид малой архитектурной формы. А миниатюрный деревянный ветряк, установленный на клумбе, придает ландшафту сказочного колорита.

– Заказчики норовят у меня что-нибудь скопировать или выкупить, – улыбается деревянных дел мастер. – Кому-то нравится длинный массивный стол, за которым обедает наша семья, кому-то - это маленький, за которым мы пьем на улице чай. Кресла-качалки вообще идут на «ура». А вот эту качалку я назло себе оставил. Одну себе, другую куму по себестоимости продал. Заказчицы цвет не понравился – хотела сэкономить на краске, хотя я просил его этого не делать, а когда работа была готова, она ее забраковала. Я не стал с ней спорить, развернул автомобиля – и домой. Ободрал дешевую краску, нанес дорогую. Больше всего таким обстоятельствам обрадовались наши мальчишки.

– А сколько стоит дорогая краска для дерева?

– Цена банки весом два с половиной килограмма – девятьсот гривен. Такая краска изготовлена ​​на основе льняного масла и других натуральных компонентов, имеет естественный цвет дерева, подчеркивает его структуру и не выгорает на солнце много лет.

«Изделия из груши похожи на изделия из слоновой кости, а обработанная шелковица переливается цветами»

В свое время Сергей Ходис учился у одного краснодеревщика с Диканьского района (с тех пор прошло уже десять лет). За первый шкаф, который он сделал самостоятельно, заказчик заплатил бешеные деньги – 20 000 гривен. Качество того стоило.

– Мой учитель был очень строгим, – рассказывает Сергей. – Если вдруг находил, например, внутри столешницы пустоту размером хотя бы один сантиметр, браковал работу. И не допускал, чтобы слой лака был толщиной 0,02 миллиметра, если норма – 0,01. «Он же через десять лет отклеился» – заставлял думать о будущем изделий. Ту науку я запомнил на всю жизнь.

Теперь Сергею под силу работа любой сложности. Приходится и по фотографиям воплощать на дереве желание заказчиков, и вместе с ними фантазировать над эксклюзивным дизайном. Пока не берется делать только двери, поскольку для этого требуется очень мощный и дорогой фрезерный станок. Но его покупка входит в ближайшие планы Сергея.

– Самую дорогую вещь я сделал для своей тети бесплатно, – улыбается мастер. – Это была подставка для сковородок размером всего 30 на 30 сантиметров. Зато с куста сирени. Лучшей породы дерева я не встречал. Обработанная доска с него переливается всеми цветами радуги, преобладают фиолетово-желтые оттенки. Хотя дерево очень сложное в обработке – фуганок его строгать не хочет. Конечно, массовое производство из досок сирени невозможно, поскольку ствол и ветви этого кустарника толстым не вырастает. Это был мой эксперимент. Также играет цветами и шелковица. Ее используют в изготовлении мебели и деревянных изделий, но цена материала –  20 000 гривен за кубометр доски – в Диканьском районе вряд ли кому доступна. А лучшая плотность у груши. Доска с неё во время обработки становится похожей на слоновую кость – белая-белая, структура дерева на ней практически не заметна. Изделия из нее вечные. Вообще все фруктовые деревья – отличное сырье для мебельщиков, только очень дорогое. Ходовые породы дерева, с которыми приходится работать Сергею Ходису, – дуб, сосна, ольха и ясень. А наиболее востребованы изделия – столы, шезлонги, табуреты, кровати, стулья для рыбалки, качели, беседки. Но благодаря мастеру эти простые вещи имеют весьма оригинальное воплощение. И, что немаловажно, доступные цены. Поэтому Сергей Ходис никогда не сидит без работы. Летом его клиентам приходилось ждать своих заказов даже по полтора месяца. А заказ к нему поступают из Киева, Харькова, Одессы – Интернет быстро разносит информацию.

– С самого начала предпринимательской деятельности Сергея я помогала ему в цехе – фрезеровала, делала ручное шлифование, – улыбается Надя. – Но сейчас мое состояние не позволяет этого делать. Теперь моя помощь мужу заключается только в приеме заказов и ведении бухгалтерии, ведь ежемесячно в течение трех лет мы должны возвращать государству кредит. В среднем – 1800 гривен, что вполне посильно.

На Рождество врачи обещают пополнение в семье Сергея и Надежды. Супруги ждут дочь. Они, как никогда, теперь уверены в обеспеченном будущем ее и ее старших братьев.

– Пилотный проект «Рука допомоги» Министерство социальной политики Украины при поддержке Всемирного банка реализует чуть больше года, – рассказала его координатор Инна Шинкаренко. – Он действует пока в Харьковской, Полтавской и Львовской областях, а также в отдельных территориальных громадах Житомирской, Донецкой и Черниговской областей. Благодаря этому малообеспеченные, безработные и переселенцы из временно оккупированных Донбасса и Крыма имеют возможность начать собственное дело. Цель проекта вывести людей из состояния бедности. При этом участникам проекта, которые защитили свои бизнес-планы, предоставляется беспроцентная финансовая помощь в сумме около 70 000 гривен. Сумма к возврату уменьшается на сумму уплаченных за три года налогов. В случае трудоустройства двух человек из числа малообеспеченных деньги вообще возвращать не нужно!

По итогам реализации пилотного проекта будет разработан законопроект о распространении успешного опыта на всю территорию Украины. Предполагается, что внедрение новых механизмов позволит существенно уменьшить безработицу в стране, создать новые рабочие места, уменьшить отток рабочей силы.

 

Автор: Марина Кравченко, "Вечірня Полтава"


к списку новостей

партнеры проекта